NMN и болезнь сухого глаза (DED) 

Никотинамид мононуклеотид ингибирует активацию макрофагов, ослабляя гиперосмолярно-индуцированную секрецию IL-17a в эпителиальных клетках роговицы ИСТОРИЯ: Гиперосмолярный стресс (ГС) является важным патологическим фактором в патогенезе болезни сухого глаза (БСГ). Никотинамид мононуклеотид (NMN) защищает от повреждения роговицы, но его роль в ГС-индуцированной DED неизвестна. Методы: Модель ГС in vitro была создана с помощью гипертонического раствора NaCl (500 мосм) и, в свою очередь, использована в исследовании системы совместной культуры эпителиальных клеток роговицы (CEC) и клеточной линии макрофагов RAW264.7. Было проанализировано влияние NMN на метаболизм NAD+ и содержание маркера HS TonEBP в CEC. Жизнеспособность клеток, апоптотический статус и такие функции, как высвобождение лактатдегидрогеназы (ЛДГ), анализировали с помощью окрашивания Taipan blue, проточной цитометрии и анализа лактатдегидрогеназы (ЛДГ), соответственно. Мембранный потенциал митохондрий (ММП) определяли с помощью набора JC1. Секрецию и уровень IL-17a определяли с помощью RT-PCR, ELISA и вестернблота, соответственно. Эффекты фагоцитоза и поляризации клеток RAW264.7 наблюдались через 24 ч совместного культивирования ГС и ЦИК, обработанных NMN. Кроме того, мы проанализировали экспрессию Notch-пути в разных группах RAW264.7. Роль SIRT1 и IL-17a в регуляции функции макрофагов ЦИК исследовали с помощью ингибитора SIRT1 Ex527 и моноклонального антитела анти-IL-17a. Результаты: вмешательство NMN увеличивало концентрацию NAD+ в ЦИК, повышало жизнеспособность клеток, снижало уровень апоптоза и уменьшало высвобождение LDH. NMN ослаблял индуцированное ГС повышение ММП, накопление внутриклеточных ROS и высвобождение LDH. Кроме того, в системе совместной культуры ЦИК и макрофагов результаты показали, что NMN способствовал экспрессии SIRT1 и снижал экспрессию и доставку IL-17a в ЦИК после вмешательства ГС, тем самым ослабляя фагоцитоз макрофагов и поляризацию M1. Кроме того, обработка ЦИК NMN подавляла последующую активацию макрофагов через Notch-путь. Исследования на основе антител EX527 и анти-IL-17a показали, что активация SIRT1 и ингибирование IL-17a являются ключевыми достижениями в работе NMN. Заключение: NMN может играть роль в регулировании функции макрофагов путем ингибирования образования и секреции IL-17a в ЦИК и является потенциальным защитником роговицы при стрессе HS. Система совместной культуры ЦИК и макрофагов показала, что сигнальный путь Notch в макрофагах участвует в защитных эффектах NMN.